Просто не могут, даже если положат под стенами всю армию. Могут себе это позволить, пустят в ход резервы — и алчущие крови воины ворвутся в сердце королевства. И остановить их некому — даже если эльфы Вечного Леса придут на помощь, это ничего не изменит, слишком уж силен враг. Да и не придут они — долгоживущие неохотно вмешиваются в людские свары. Вот если бы с геррами шли гоблины… нет уж, тогда и эльфийская помощь не спасла бы. Больно уж многочисленная и агрессивная раса, гоблины эти. Если однажды у них объявится толковый вождь, и кланы перестанут грызться между собой, они просто уничтожат и людей, и эльфов, и гномов, которые и понять-то не успеют, что за напасть приключилась.

Лидер отвернулся к окну, с тоской глядя на прекрасный город. Луна печально освещала ночные безлюдные улицы, Корила казалась мертвой. Но только казался, Лидер прожил достаточно, чтобы понимать разницу. Мертвым он станет, когда герры ворвутся, одолев сопротивление защитников. Разрушенные здания, обугленные остовы храмов, домов, библиотек. Обвалившаяся Башня Мудрости — гордость столицы, самое высокое здание, когда-либо построенное человеческими руками, обитель могущественных магов, разграбленная Золотая Башня, хранилище древних знаний… Сожженный Сад Тысячи Древ, посаженный и взлелеянный эльфами — найдется ли подобный ему в других городах? Перводворец, где они сейчас находились, строившийся семьсот лет, гномы народ неторопливый, раз уж взялись делать шедевр — делают, сколько потребуется, и поторопить их никакой возможности нет.

Это ЕГО город. Это ЕГО страна. Он отдал бы все, чтобы вражеские сапоги не топтали ЕГО землю, но… кто рискнет выступить против герров сейчас, когда они набрали такую мощь, что даже боги трепещут перед ними?!

— Не все потеряно, — неожиданно мягко сказал Верховный Маг, осторожно коснувшись его плеча. Лидер поднял полные отчаянной надеждой глаза, боясь поверить и в то же время готовый поверить всему, что сулит хотя бы шанс на победу.