Молчание.
– Охотники, я действительно все понял. В представлении киски все охотники – герои из легенд, на завтрак у них зомби, на обед – лич, а на ужин – Проклятый. И уж естественно, у каждого из них течет в жилах королевская кровь. Мне все понятно. Племянник трактирщика.
Молчание.
– Да кто она такая? – взорвался Ренс. – Выросла в каком-то захолустье, где об обычаях охотников слыхом не слыхивали. Есть еще такие края, частично населенные идиотами. Выскочила замуж за князя и теперь носом крутит. Дура, все богатство которой в том, что «мой род был известен до Смуты, и расскажите об этом Владу», – передразнил он Лаэру.
– Кто она такая? Южанка, – презрительно добавил Ренс.
– Правильно. Ринийскому соглашению уже больше четырех сотен лет, – поддержал его Лей. – Если бы ты не забрал нас из-за стола, мы бы плюнули на вежливость и ушли сами. Наши отцы – они дружили с детства, мечтали стать охотниками. Они уже получили знаки учеников, когда мятеж в королевстве и смерть родителей заставили их все бросить. До сих пор они не могут простить мятежникам этого. Мы выросли на их рассказах. Если меня поставят перед выбором, я лучше останусь простым охотником, чем графом.
А ведь действительно бросит. Я тут всего год и не до конца проникся образом мыслей жителей северных земель. Когда охотники, а потом и рейнджеры стали главной реальной защитой от тварей, их невозможно было не возвести на пьедестал. Да и сейчас положение не намного лучше. Сколько я тварей прикончил на первых уровнях и за стенами города? Сотни три наверняка наберется. Значит, как минимум половина должна была рассосаться по окрестностям до Красной реки и дальше. Часть прикончили бы стражники, часть королевские гвардейцы, отряды дворян и крестьяне. Сколько бы жизней они унесли? И такой маленький факт: именно северяне продавили ринийское соглашение. Хотя южане особо сильно и не сопротивлялись. У них тоже были проблемы со своими тварями. Другое дело, что большую часть их бледных подобий погани и пограничья зачистили сводные отряды охотников и рейнджеров. Ладно, переживу.